Вот та сцена, которая в детстве врезалась в память настолько, что помнилась много лет, когда и сама-то сказка забылась.
- Ах, это ты волк Нуцал, - сказал Сирси. - Слыхали мы о тебе, слыхали. Ты - знаменитый волк! Давно хотел я тебя повидать и погладить.
- Погладить? - удивился Нуцал. - Гладят собак, а я - волк.
- Ну нам-то ты разрешишь погладить себя хоть разок? - спросил Сирси и подмигнул брату.
- Разреши, разреши, великий Нуцал! - поддакнул и Васирси.
- Ну что ж. Это будет даже приятно, - сказал Нуцал. - Погладьте же меня, юные друзья. Но только не против шерсти.
- Не беспокойся, - ответили братья и стали потихоньку поглаживать волка.
Измученный Нуцал разомлел; он даже лёг на землю и стал от удовольствия повизгивать как собака. А Сирси и Васирси гладили его и даже почёсывали за ушами.
Не знал, конечно, Нуцал, что братья-близнецы готовят ему подвох, и не заметил, что Сирси снимает ремень. Прикрывши глаза, он посапывал от удовольствия, а Сирси приготовил из ремня петлю и вдруг в мгновение ока накинул её на страшную волчью пасть, мигом затянул её. А Васирси в тот же момент сбросил ремень и окрутил им волчью шею.
Завыл, застонал Нуцал, начал было брыкаться и сопротивляться, но Сирси закричал:
- Сдавайся, Нуцал! Сдавайся! Ты наш пленник!
Что было делать? Нуцал понял, что сила не на его стороне, да и вообще он устал сражаться со всеми и армия его развалилась.
"Видно, надо сдаваться", - подумал Нуцал и перестал сопротивляться. Низко опустив голову, как собака, поплёлся он за близнецами.
А вот как эта сцена выглядела в первоначальной версии:
- Ах, так это ты, злодей Нуцал? - сказали мальчики и бросились на него. Волк попятился, хотел бежать, да выскочили у него костыли, тут-то близнецы быстро расправились с Нуцалом, и осталась от волка одна серая шкура.
Собственно, и всё. Может, потом автор решил, что забивание (видимо, теми же костылями) раненого и по сути беспомощного антагониста слишком жестоко и как-то не очень для детской сказки, да и в целом не красит сторону добра (что ж это за добро, если оно со злом так?), может, решил дать волку шанс. Наверное, уже не это суть важно. В первоначальном варианте антагонист предстал просто трусом. Ладно, бежать он не мог из-за больной лапы. Но зубы-то у него остались на месте! А Нуцал даже не защищался, а покорно позволял себя лупить. В новой версии близнецы уже учли, что волк вполне может их тяпнуть и в первую очередь связывают ему пасть. И Нуцал тут уже не оказывает настоящего сопротивления просто потому, что сломлен и устал, потому что вот только что, сию минуту, те, кого он считал друзьями и позволил то, чего не позволял никому, предали его доверие. А если учесть версию, где Нуцал помнит, кто он на самом деле, всё ещё печальнее. Получается, что рассуждает он тогда не как животное, а как взрослый человек, даже в статусе злодея имеющий потребность в дружбе и обществе людей (потому-то и дружил он исключительно с такими же превращёнными, как он сам, за исключением лисы), но не могущий её утолить. В первом варианте он пытается подружиться с мальчиками, его отвергают. А во втором, выходит, Нуцал и поплыл от того, что впервые за столько лет люди не пугаются, не гонят его, не хватаются за оружие, а принимают его попытки общаться.
Что интересно, в первой редакции ворота сразу открываются перед Сирси и Васирси, во второй уже дедушке Хабибулле приходится вмешаться.