Позиционируется как произведение по мотивам "Рейнеке-лиса" Гёте. На самом деле это не то адаптация, не то вольный пересказ не только Гёте, но и браншей оригинального "Романа о Лисе". Что интересно, браншей, не переводившихся на русский. Адаптация ориентирована на детей, ибо оригинал, да и Гёте тоже, чтиво совсем не детское. Автор весьма удачно совместил две версии одной истории, правда, не без изменений оригинала. В целом это не существенно, разве что жаль изменений в истории с воробушком. Здесь порванного псом лиса подбирает и выхаживает добрая коза. А вот в оригинале это делает не кто иной, как его злейший враг Изенгрим. Тот самый Изенгрим, которого лис ненавидит всей душой, постоянно обманывает и подставляет и который вроде б должен ненавидеть лиса в ответ, и вроде б таки ненавидит, но как-то странно. Вообще, надо сказать, в адаптациях, пересказах и экранизациях линия взаимоотношений волка и лиса сглаживается и упрощается. Соответственно становятся более однозначными и образы. Лис традиционно показан обаятельным пройдохой, волк - алчным, прожорливым (хотя там и лис ел всё, что не приколочено) мерзавцем. С одной стороны волка и не жалко, когда он страдает от проделок лиса, типа фу таким быть. Хотя с другой стороны унижать из-за черт характера так себе мотив, а действия лиса не всегда были ответкой на нападки волка.
Имена некоторых персонажей адаптированы для русскоязычного читателя. Ренар стал Хитролисом, его сыновья - Худородом, Сверлизабором и Рыжиком, ворон Тьеслин - Гордоклювом, кот Тибер - Тигриком и т.д. Хотя ряд персонажей, включая волка, остался почему-то при своих исконных именах. И особо меня порадовала волчица Жиремонда (привет Гёте с его Гирмундой?).
История повествует о приключениях лиса Хитролиса. Ему приходится проявлять чудеса смекалки, чтобы провести других зверей и птиц, поймать либо обокрасть их и тем прокормить семью. Правда, частенько Хитролис съедает добытое в одно рыло либо надолго покидает дом. Чем в это время кормилась семья - история умалчивает. Иногда и другим персонажам удаётся оставить его в дураках. У кота, например, получилось дважды. Вообще, кот этакий выдающийся персонаж лисьей саги, особенно французской (у немцев он не столь удачлив). Ему не только удавалось провести лиса, но и благополучно удрать от расплаты. Чаще всего от Хитролиса претерпевает названный дядюшка, волк Изенгрим. Он и решает вконец извести племянника и жалуется королю-льву, подключаются другие звери. Льву, видимо, неохота разбирать конфликты, да и лис ему симпатичен, поэтому он склонен замять дело. Но тут, как водится, появляется делегация от куриц и льву приходится вызвать лиса на суд. Хитролис обманывает посланцев короля, но племяннику-барсуку удаётся уговорить его предстать перед судом. Лиса приговаривают к повешению, однако тому удаётся вымолить прощение рассказами о кладе и заговоре против короля. Особого внимания заслуживает рассказ Хитролиса, мол, это волк обучал его пакостничать, воровать и убивать, а так он был паинькой. Волк и медведь попадают в темницу, а лис с бараном и зайцем идут добывать клад, но заворачивают по дороге в лисий замок Малперту. Хитролис подсовывает барану мешок с головой зайца, сказав, что там опись сокровищ, а баран притаскивает мешок льву. Лев, поняв, что его обдурили, прощает Брюна с Изенгримом, а барана бросает в тюрьму (у Гёте отдаёт на съедение волкам). Король готов идти войной на Малперту, но лис с семьёй благополучно удирает и ховается по кустам, попутно обдурив ещё кучу персонажей. Очередная афера - пожирание птенцов воробья - благополучно для него не проходит: воробей жестоко мстит, натравив на Хитролиса собаку. Едва залечив раны, Хитролис решает навестить свой замок, где его сразу хватают и снова тащат на суд. Лев, однако, готов его простить, но Изенгрим вызывает Хитролиса на поединок. Схватка, внезапно, оканчивается вничью. Вот реально внезапно. Хитролис возвращается домой, лечится и становится праведником: не ест мяса, содрогается при воспоминании о прошлых проделках и сына воспитывает добрячком. Такой вот хэппи-энд.
В общем и целом довольно занимательная история, не оставляющая, что главное, ощущения несправедливости.