Записи с темой: тристан отшельник (список заголовков)
23:21 

Вязаные кольчуги

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Франко-немецкий "Квентин Дорвард" вымораживает меня подбором актёров, какими-то левыми моментами, которых нет в книге, а ещё вот этим:



Нет, я ничего не имею против свитеров, изображающих кольчуги, но не так же откровенно-то. Вязаная фактура видна даже моему неискушённому по части доспехов, вооружения и т.п. взгляду. Для сравнения вязаная кольчуга в советском "Квентине":

читать дальше

А вот у Тристана кольчуга была настоящая:

читать дальше

P.S. То ли благодаря этому фильму, то ли просто так повелось, но упорно представляю Тристана сероглазым блондином с волосами до плеч. А вот с бородой, как на первом скрине и некоторых картинах, в упор не вижу.

@темы: Тристан Отшельник

22:13 

Ураган Катрин

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Должна признаться, в фендоме я не разбираюсь от слова совсем. Книги о Катрин читала урывками и чисто из-за присутствия в них Тристана. Но идея точила. Что ж с ней поделаешь? Диалог внаглую выдрала прямо из книги, слегка изменив, чтоб не совсем уж слово в слово.
Тристан тот самый, да. Тут он ещё молодой и не такой жестокий.
Тащем-та Тристан действительно лайт-версия абъюзера Арно (если вспомнить, что он творил, когда заматерел, так ещё вопрос, кто из них лайт) и тоже не будет сидеть дома и баловать супругу вниманием. Хотя, в отличие от Арно, он будет пропадать по служебным делам, а не в поисках приключений на свою ж..., и займётся построением карьеры. Какие отношения были бы с женой и детьми - а фиг знает. Итог: для спокойной семейной жизни Тристан не годится, но хоть можно на него положиться, зная, что не вляпается в очередную историю и не рванёт за тридевять земель, а домочадцы хоть помри, и не перессорится со всеми, с кем только можно.

Название: Наваждение
Автор: A-Neo
Фэндом: Жюльетта Бенцони "Катрин"
Персонажи: Катрин де Монсальви, Тристан л'Эрмит
Рейтинг: R
Жанры: Hurt/comfort, AU
Размер: Мини
Описание: Чуть-чуть подкорректируем момент из шестой книги, когда Тристан приходит к Катрин после побега Арно. Что было бы, не постучись трактирщица в дверь.

Гнева не было. Остались лишь жгучая обида и опустошённость, словно разом из груди вынули сердце, а из головы вытряхнули все мысли. Глаза, потемневшие, налившиеся синью, как грозовое небо, щипало от слёз. Подрагивающей рукой Катрин потянулась к кубку и сделала глоток, затем ещё один и ещё, пока не осушила всё до капли. Доброе вино обожгло ей горло, затуманило разум, кинуло в жар. Катрин тряхнула головой. Ей следовало бы подумать, как быть теперь, после побега Арно, что станется с ним, с ней, с детьми, удастся ли отстоять Монсальви, но думать ни о чём не хотелось. В конце концов, муж ведь никогда не беспокоился о ней и уж конечно не вспомнил о семье, прибавляя к совершённому проступку ещё один. Хотелось только свернуться клубком, укрыться с головой, как в детстве, и забыть этого мужчину, столько раз предававшего её любовь и верность.

Катрин вспомнила вдруг предсказание Сары. Уже не первый год она повсюду следует за рыцарем, окружившим своё сердце шипами, в кровь обдирает о них пальцы, ищет его на больших дорогах, подобно собаке, забывает о голоде и жажде, оставляет ради него дом, прощает его измены, пустые обещания, неутолимую страсть к приключениям. Всему наступает предел. Её душу вычерпали до дна. Катрин устала переживать, устала делить Арно с единственной страстью, по-настоящему владевшей им – страстью к войне.

Арно непременно схватят – великолепно вышколенные ищейки Тристана несутся по его кровавому следу. Он сам обрёк себя на позор и изгнание, если не на смерть. Его лишат дворянства, отберут земли, отнимут жизнь. Ей останется вечно скитаться с детьми по белому свету, уповая на чужое милосердие. Зря она умоляла коннетабля, добивалась помилования, проделала утомительный, полный опасностей путь. Всё напрасно! Катрин не хотела об этом думать. Она хотела всё забыть. Одурманенная вином, обидой, дурными предчувствиями, она жаждала избавиться от проклятой рабской любви, или хоть ненадолго отпустить её, отомстить мужу за его пренебрежение, жестокость и своеволие, хоть и знала, что старания тщетны. Очнувшись, она найдёт силы, опять примется за поиски, обречённая вечно догонять ускользающего рыцаря, как предрекла Чёрная Сара.

Через несколько минут одиночество её нарушило появление Тристана л’Эрмита в сопровождении мадам Ренодо с кувшином в руках. Оценив жалкое состояние молодой женщины, потянув носом, прево осведомился у хозяйки:

- Что вы ей принесли?

- Горячего вина с корицей, - пропыхтела трактирщица. – Мадам уже выпила один кубок, но просила принести ещё.

- Дайте мне кувшин и ступайте прочь! – приказал Тристан. – С минуты на минуту сюда могут явиться те овернские рыцари. Попросите их подождать и дайте мне знать об их приходе.

Мадам Ренодо поспешно вручила ему кувшин с вином, поклонилась и вышла. Ступени заскрипели под тяжестью её шарообразного тела. Прево растерянно смотрел на свернувшуюся в кровати, утопающую в подушках женщину, чью необычайную красоту не погасили ни хмель, ни распухшее от слёз лицо.

- Дайте же мне вина, друг мой Тристан! – хрипло произнесла Катрин, приподнявшись и указывая на кувшин, который прево так и держал в руках.

- Ну уж нет! – огрызнулся Тристан. – Вы и без того достаточно выпили. Клянусь Пасхой, вы пьяны, как сапожник!

- Тем и лучше! Я хочу забыться. Вино мне в этом поможет. Дайте мне кувшин, Тристан! – капризно протянула женщина.

Прево, не думая повиноваться, поставил кувшин на столик, рядом с опустошённым кубком. Затем он повернулся к выжидающе смотрящей на него Катрин.

- О чём бы вы хотели забыть, мадам де Монсальви? – с кислой миной спросил он. – Вернее сказать – о ком? Уж не о вашем ли супруге, нуждающемся сейчас в вашей помощи более чем когда-либо?

Катрин усмехнулась, уселась на кровати, потёрла пальцами виски.

- Когда Арно не нуждался в моей поддержке? Я его забава, любовница, служанка, мать его детей, я беспрестанно, как заведённая, играю единственную роль. День за днём! Я готова нестись за ним на край земли, забывая себя. А спросил ли меня кто: по нраву ли мне приходится эта роль? Между тем, она мне надоела. Я выдохлась от такой жизни, Тристан! Устала сносить выходки Арно, прощать его, устала… любить! Я хочу быть просто женщиной, чувствовать любовь мужчины. А мой муж не любит меня. О, нет! Война – вот его единственная привязанность! Он приковал меня к себе своими детьми, землями, своим именем, своими ласками. Я мечтаю освободиться от этих цепей!

Внезапно она поднялась, покачнувшись, подбежала к не успевшему отпрянуть Тристану, прильнула к его широкой груди, обвила руками шею, впилась в губы горячим поцелуем.

- Такая любовь – рабство, друг мой, - шептала она. – Вы не хотите помочь мне разбить невольничьи цепи?

Серые глаза всегда невозмутимого фламандца зажглись таинственным огнём, его крупное тело сотрясала дрожь. Злясь на самого себя за то, что волнуется, когда должен оставаться бесстрастным, Тристан попытался высвободиться из её хватки. Это привело к тому, что женщина только сильнее сомкнула объятия. Опьянённый её близостью, её жарким дыханием, прево хрипло с мольбой прошептал:

- Вы бредите! Отпустите меня! Время уходит.

- И пускай! – воскликнула Катрин, целуя его щёки. – Пускай себе ждут сколько угодно, мне всё равно. Сейчас я хочу любви! Вы ведь любите меня, Тристан, я давно знаю.

- Опомнитесь! – прорычал Тристан л’Эрмит. Его руки скользнули по её извивающемуся стану.

- Я устала от одиночества, - продолжала женщина, по-кошачьи ластясь к нему. – Хочу, чтобы жили для меня, со мной. Зачем мне мужчина, которым движет лишь жажда крови и убийств?

- Зачем?! Затем, что он ваш муж и отец ваших детей! А я такой же, как и он, Катрин. Ещё хуже, чем он! Я люблю вас, это правда, но куда больше меня прельщают ратные подвиги и безграничная власть. Я никогда не заменю вам Арно, со мной вам не видать счастья.

Прево говорил совершеннейшую правду. Он принадлежал к той же породе мужчин, что и Арно де Монсальви. Так же, как и твердолобый овернский дворянин, фламандец упивался сражениями, так же был отважен, упрям, силён и жесток до кровожадности. От Арно его отличали хитрость и рассудительность, позволяющая не лезть на рожон.

- Я не знатная дама, - отвечала Катрин, - я дочь золотых дел мастера с моста Менял. И ты, Тристан, человек простой. Так почему же нам не любить друг друга? О, помоги мне забыть моего господина!

Она запрокинула голову, её губы приоткрылись, она льнула к мужчине, по-прежнему не разжимая кольца рук, преодолевая его последнюю волю к сопротивлению. Тристан дрожал, на лбу его выступили капли пота, сердце гулко билось. Бессильный противиться искушению, понимая, что должен оттолкнуть женщину, освободиться от её объятий, пока ещё не поздно и не свершилось то, о чём впоследствии пожалеют и он, и она, прево подхватил Катрин в охапку и отнёс на кровать.

- Чёрт меня возьми… Чёрт… меня… совсем возьми… - торопливо выдыхал фламандец, дрожащими пальцами стягивая платье с её плеч.

- Владей мною… - вторила женщина, одержавшая победу над мужчиной. – Я вся твоя!

Объятые страстью, они не слышали шагов мадам Ренодо за дверью. Хозяйка гостиницы, как было велено, пришла сообщить господину прево о том, что в зале внизу собрались овернские рыцари и ждут, но, уловив возню и стоны в комнате, настороженно замерла у порога. Трактирщица поняла, что сейчас не самый лучший момент, чтобы исполнять наказ Тристана л’Эрмита и удалилась, стараясь ступать как можно тише. Выждав минут пятнадцать, она вернулась и деликатно поскреблась в дверь.

- Что там? – донёсся приглушённый голос застигнутого врасплох прево.

- Господа рыцари собрались и ждут внизу! – проскрипела мадам Ренодо.

- Дайте им вашего лучшего вина и попросите подождать ещё минуту! – крикнул Тристан. – Мадам потеряла сознание. Я привожу её в чувство!

- Вам не нужна помощь?

- Нет, справлюсь сам.

Понимающе улыбнувшись, будто бы не слыша смеха якобы лишившейся сознания дамы, трактирщица спустилась к гостям, посчитав излишним сообщать господину прево о том, что овернцы угощаются вином уже четверть часа кряду.

- Ничего, - подумала она, - подождут и ещё.

Тем временем Тристан, исполняя роль камеристки, ловко приводил в порядок и себя, и мадам де Монсальви. Влажным полотенцем он обтёр лицо и шею женщины, зашнуровал платье, расправил смятый подол, поправил растрёпанные косы, прикрыл их энненом, распустив по плечам вуаль.

- Вы прекрасно справляетесь сами! – улыбнулась довольная Катрин.

Тристан, вздёрнув губу, сердито встряхнул её за плечи, прогоняя остатки дурмана. Отстранившись, он придирчиво осмотрел женщину и, убедившись в отсутствии следов, напоминавших о только что произошедшем между ними, объявил:

- Ну вот, теперь вас можно представить!

После того, как месть свершилась, удовлетворение прошло, а хмель повыветрился, Катрин почувствовала себя неловко.

- Я должна сказать вам… - произнесла она, глядя в пол. - Мне очень стыдно. Я совершенно потеряла голову от вина и сожалею о том, что случилось.

Тристан прервал её речи, приложив палец к губам.

- У вас нет никаких причин стыдиться, - проговорил прево, отводя взгляд. - Это я повёл себя неподобающим образом и должен просить прощения за свою несдержанность. Теперь… Надо это забыть! Ничего не произошло! Мы друзья, как и прежде. Идёмте же, иначе мы рискуем вызвать подозрения. Рено де Рокморель и другие заждались.

Катрин согласилась: действительно, лучше позабыть. Пусть свидетелями их безумия останутся лишь безмолвные стены этой комнаты. Больше никому знать не надо, и счастье, что она не лишится расположения Тристана, чью дружбу так высоко ценит. Силы вернулись к ней. Решительно вздёрнув подбородок, Катрин вышла вслед за фламандцем.

@темы: фанфик, Тристан Отшельник

19:31 

Не так страшен чёрт, как его малюют. Окончание.

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Глава 10. Ужин на троих

Эпилог

И бонусом Тристан. Не нотровский, но вполне харАктерный.


@темы: фанфик, Тристан Отшельник, Нотр

19:25 

Не так страшен чёрт, как его малюют. Главы 6-9

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
19:15 

Не так страшен чёрт, как его малюют. Главы 1-5.

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Название: Не так страшен чёрт, как его малюют
Автор: A-Neo
Фэндом: Виктор Гюго "Собор Парижской Богоматери"
Персонажи: Клод Фролло, Квазимодо, Людовик XI Французский, Тристан Отшельник
Рейтинг: R
Жанры: Hurt/comfort, AU
Размер: Миди
Описание: Квазимодо, сам того не желая, навлёк на себя гнев короля. И, когда бы не неожиданное заступничество того, кто не привык проявлять милосердие, звонарю пришлось бы весьма худо.

Глава 1. Гнев кума Туранжо

Глава 2. О заступничестве и некоторых его последствиях

Глава 3. Предложение, от которого нельзя отказаться

Глава 4. Живая игрушка

Глава 5. Обретение и расставание

@темы: фанфик, Тристан Отшельник, Нотр

23:43 

Ещё об улыбке Тристана

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Так получилось, что у меня в СПБ-шных фиках Тристан имеет привычку скалиться. Пошло это с того самого момента на Гревской площади, когда прево улыбнулся, обнажив дёсны. Так вышло, что момент закрепился и развился в фаноне. Закрепился, надо сказать, неспроста. Я подумала, что ведь далеко не каждый человек улыбается, показывая дёсны. У меня вот не получается так делать. Значит, тут какая-то индивидуальная особенность. И вот оно. Есть такое понятие, как десневая улыбка. То самое, когда при улыбке видны дёсны. Причиной могут быть особенности строения верхней челюсти или всего лицевого скелета, неправильный прикус, укороченная верхняя губа или гиперплазия дёсен. Безобидный такой изъян, никак не влияющий на здоровье, но добавляющий комплексов. Впрочем, как раз у Тристана по данному поводу комплексов не наблюдалось. Хотя в его случае улыбка действительно неприятная.
P.S. Не факт, что он реально таким страдал, просто предположение.

@темы: Тристан Отшельник

22:29 

Оноре де Бальзак, "Мэтр Корнелиус"

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Юный дворянин, влюбившись в молодую графиню, истязаемую жестоким мужем, находит способ увидеться с ней. Он под видом ученика проникает в дом казначея Корнелиуса, живущего по соседству с графиней, и под покровом ночи сбегает на свидание. Утром казначей обнаруживает кражу драгоценностей и подозрение падает на несчастного влюблённого.

Нашла себе чтение на вечер. Тут есть всё: Средневековье, описание Тура и Плесси-ле-Тур, а так же собора Сен-Гатьен, Людовик XI со своими присными, интрига и детектив. Жаль только, что это рассказ, а не полноценная повесть. Лично мне не хватило: только втянулась, а оно уже кончилось, да и конец показался срезанным.

Я ещё раньше подумала, что Тристан - человек с юмором и не прочь отпустить шутку, если пребывает в хорошем настроении. У Бальзака так оно и есть:

- Дорогу королевскому суду! - кричал Тристан.- Что вам здесь надо? Хотите, чтобы вас перевешали? Идите, друзья мои, восвояси, ваше жаркое подгорает! Эй, сестрица! У вашего мужа штаны в дырках, возьмитесь-ка за иголку!

Напомнило, как Бендер в "Золотом телёнке" толпу от Паниковского разгонял:

- Пардон, - говорил он, - еще пардон! Простите, мадам, это не вы потеряли на углу талон на повидло? Скорей бегите, он еще там лежит. Пропустите экспертов, вы, мужчины! Пусти, тебе говорят, лишенец!

В целом типичный Тристан: схватил первого попавшегося, выбил под пытками признание, дело закрыл. Опрашивать свидетелей, осматривать место преступления, конечно же, не надо. А мне таки хотелось, чтоб кражу в доме Корнелиуса расследовал прево, а не король. Ну или чтоб хоть прево помогал советами. А то зачем он нужен королю, если со своими прямыми обязанностями совершенно не справляется? А ведь умеет включать наблюдательность и логику, великолепно развита зрительная память, а до элементарного не додумался.
Кстати, фамилия юноши, обвинённого в краже - д'Эстутвиль.
Пы.Сы. Новая версия перевода должности Тристана: превотальный судья. В оригинале le grand-prévôt (великий прево).

@темы: Тристан Отшельник, книги

11:30 

Прост)

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Наконец в самой глубине комнаты, возле двери, неподвижно, как статуя, стоял в полутьме крепкий, коренастый человек, в доспехах, в кафтане, вышитом гербами. Его квадратное лицо с низким лбом и глазами навыкате, с огромной щелью рта и широкими прядями прилизанных волос, закрывавшими уши, напоминало и пса и тигра.
В. Гюго "Собор Парижской Богоматери"

Его товарищ, лет на десять его моложе, был человек приземистый и коренастый. Угрюмое лицо его лишь изредка озарялось злобной усмешкой; впрочем, он улыбался только в тех случаях, когда старший незнакомец обращался к нему с какими-то таинственными знаками. Он был вооружен мечом и кинжалом, а под его скромной одеждой шотландец заметил тонкую кольчугу из мелких железных колец, какие в ту полную опасностей эпоху носили не только воины, но и мирные жители, занятия которых требовали частых отлучек из дому.
В. Скотт "Квентин Дорвард"

Снова поднялся ковровый занавес: высокий старик с обветренным лицом и водянистыми, красноватыми глазами, одетый в черное придворное платье изысканного покроя, опустил за собою занавес и остановился у стены:
- Мейстер Оливер, - сказал Жан де Бон, - прежде чем вы предстанете перед королем, господин Тристан хочет задать вам два-три вопроса насчет красноречивого францисканца.
Тристан Л’Эрмит, генерал-профос, уже тридцать лет пытавший и вешавший людей именем короля, наводящий на всех ужас и всеми проклинаемый, подошел не совсем твердыми шагами и, слегка наклонившись к Оливеру, протянул ему бледную узкую старческую руку. Его голос был тих и благозвучен:
- Простите, мейстер, что я еще нынче вечером прошу вас познакомить меня с тем материалом, которым вы располагаете по данному делу; это потому, что я хотел бы уже сегодня ночью снарядить курьера к председателю парламента.
А. Нойман "Дьявол"

Это был тридцатилетний фламандец, блондин с голубыми глазами, холодным взглядом и малоподвижным лицом. Катрин не приходилось видеть подобного выражения лица; даже не лица, а неподвижной маски. Тяжелое, заурядное лицо, на котором полная непроницаемость соседствовала с некой величественностью.


Ее взгляд встретил другой, одновременно полный радости и удивления, взгляд человека в доспехах, который с каской в руке стоял в нескольких шагах от коннетабля, человека, чье имя она чуть было не выкрикнула.

«Тристан! Тристан д'Эрмит…»

Она не сразу его узнала. Он прибыл не с процессией, а немного позже, и она едва успела заметить высокую фигуру, медленно прогуливающуюся между рядами с видом наблюдателя.

Никогда до этого времени она не видела Тристана в полном вооружении. К тому же его светлые волосы, которые были достаточно длинными во время их последней встречи, теперь были подстрижены очень коротко, в форме небольшого круглого венчика, как того требовал рыцарский шлем.

Улыбка, осветившая тяжелые черты фламандца, немного оживляла его лицо, чья холодная невозмутимость уже вошла в пословицу, но не задевала глаз, которые были настолько бледно-голубого цвета, что казались ледяными. Они таили такую суровость, какую Катрин в них никогда еще не видела, по крайней мере в свой адрес.
Ж. Бенцони "Катрин"

Это был довольно пожилой человек с суровым лицом, с усами и короткой седой бородой. Казалось, что годы не ослабили силу его худой фигуры: она с легкостью несла тяжелые доспехи.
Правда, вместо каски на голове у него была черная шляпа, на которой блестела серебряная бляха. Из-за своего слишком большого роста он сидел на лошади, немного ссутулившись, но управлял ею с большой ловкостью. Состоя на службе у Людовика XI с юношеских лет, когда тот был еще только наследником престола, Тристан Лермит был в глазах подданных короля воплощением строгого правосудия, зачастую творимого им прямо на месте, но всегда строго в соответствии с законом, и вызывавшего у проходимцев всех мастей панический страх. Преданный королю, как собака-ищейка своему хозяину, этот молчаливый мрачный человек не знал усталости и не испытывал никакой жалости, и каждый преступник знал, что он будет преследовать его и заставит искупить свою вину. Он смотрел на людей серыми, глубоко посаженными глазами, сверкающими из-под густых бровей, твердым, словно гранит, взглядом.
Ж. Бенцони "Фьора и король Франции"


Следовало бы назвать Тристана л'Эрмита, председателя королевского суда. Он не только исполнитель короля, но и его глаза и уши. Мэтра Тристана считают проницательным в высшей степени, он умеет заглянуть человеку в душу. Во всяком случае, до сих пор он казнил всех врагов короля, и в случае сомнений предпочитал казнить на пару больше, чем меньше.

Двое остальных должны были оказаться Оливье Ле-Дэном и Тристаном л'Эрмитом.

Последнего я, похоже, видел за ремеслом палача. Его крепкое телосложение производило еще большее впечатление, хотя он был только среднего роста. Его взгляд был действительно испытующим, пронизывающим, как это описывал Вийон. Только этот взгляд редко можно было испытать на себе, потому что королевский прокурор предпочитал смотреть вниз. Словно бы он боялся, что его глаза могут встретиться с упрекающими взглядами многих несчастных, которым по его указанию отрубили голову или разбили затылок.
Йорг Кастнер "В тени Нотр-Дама"

@темы: Тристан Отшельник

13:41 

История про Тюрпенея

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Надо полагать, первоисточник истории о том как Тристан убил не того Тюрпенея. Так и думала, что это скорее исторический анекдот, а не реальный случай. Но впечатляет тем не менее.

У Бероальда де Вервилль я нахожу еще один анекдот, истинный или лживый, но подтверждающий репутацию ви­сельника, оставленную старым государем. Вот этот рассказ, внешне комический, в сущности жестокий, рассказанный с тою странной веселостью, с которой эти старые рассказчики имеют обыкновение говорить о крови и о виселицах. Беззабот­ность ли это? или ирония? — решить трудно.
«Людовик XI подарил Тюрпенейское аббатство одному дворянину, который, радуясь подарку, приказывал себя называть господином де Тюрпеней. Случилось, что в то время, когда король жил в Плесси-ле-Тур, настоящий аббат, который был монахом, пришел к королю и принес ему жалобу, указывая ему, что по каноническим и монастырским уставам он приставлен к аббатству и что дворянин-узурпатор против всякого закона наносит ему ущерб, и, уходя, он умолял Его Величество оказать ему справедливость. Король потряс своим париком и обещал, что он останется доволен. Этот монах, назойливый, как все животные, носящие рясы, стал часто хаживать к окончанию королевской трапезы, а тот, наскучив монастырской святой водой, позвал своего кума Тристана и сказал ему: «Куманек, есть здесь один Тюрпеней, который мне надоедает, отправьте-ка его на тот свет!» Тристан, при­нявший рясу за монаха или монаха за рясу, пришел к дворянину, которого весь двор называл господином де-Тюрпеней; и, подойдя, заговорил с ним; а затем схватив его, дал ему понять, что король желает, чтобы он умер. Тот еще хотел сопротивляться, умоляя и умолял, сопротивляясь; но ему не дали возможности быть выслушанным. Он был придушен между головой и плечами так, что деликатно испустил дух, а три часа спустя, кум сказал королю, что он выкурил его с этого света. Случилось так, что пять дней спустя, срок, когда души возвращаются, монах пришел в залу, где был король, который увидав его, был очень удивлен. Тристан был тут же. Король его зовет и говорит ему на ухо: «А вы не сделали того, что я вам велел?» «Простите, государь, я это сделал, Тюрпеней мертв». «Хэ! я подразумевал этого монаха». «А я понял — дворянина!» «Как, значит это сделано?» «Да, государь». «Ну ладно». — И повернувшись к монаху: «Подойдите сюда, монах». Монах приближается. Король ему говорит: «Станьте на колени». Бедный монах испугался, но король ему сказал: «Благодарите Бога, что он не захотел, чтобы вы были убиты, как я это приказал сделать. А убит был тот, кто взял ваше имущество. Бог вас рассудил! Ступайте. Молите Бога за меня и не выходите из вашего монастыря».

П. де Сен-Виктор "Боги и люди", перевод М. Волошина.

"Деликатно испустил дух". Скромняжка Тюрпеней. Анекдот анекдотом, но поражает... Нет, не то, с каким хладнокровием Тристан исполнил королевский приказ, а реакция Людовика на косяк своего подручного. Хэ, убили не того, ну и фиг с ним.

@темы: Тристан Отшельник

19:24 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Полистала книгу "Людовик XI: ремесло короля", выцепив пару деталей о Тристане времён противостояния Людовика и Лиги общественного блага, порыла бельгийский генеалогический сайт (я как-то всё во французских источниках инфу искала, а стоило смотреть бельгийские), нашла фото документа с его подписью. Особо порадовало то, что внук Тристана женился на девушке по фамилии де Шатопер. Нарочно же не придумаешь.
Если такими темпами пойдёт и дальше, то я смогу написать монографию о жизни Тристана л'Эрмита. Кстати, полное его имя Тристан Луи л'Эрмит, сеньор де Мулин-сюр-Шарент и дю Буше. Во как.

@темы: Тристан Отшельник

23:16 

Зачем нам кузнец? Нам кузнец не нужен!

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Мельком касалась этого момента в теме о нотроляпах, пожалуй, остановлюсь на нём подробнее. Собственно, это ошибка даже и не Гюго, а переводчиков. Речь вот об этом - Людовик Одиннадцатый приказывает Тристану Отшельнику устроить экстерминатус перебить взбунтовавшихся бродяг (я выделю фразу, которая нас интересует):

- Ici, Tristan ! - Il y a près de nous dans cette Bastille les cinquante lances du vicomte de Gif, ce qui fait trois cents chevaux, vous les prendrez. Il y a aussi la compagnie des archers de notre ordonnance de M. de Châteaupers, vous la prendrez. Vous êtes prévôt des maréchaux, vous avez les gens de votre prévôté, vous les prendrez. &Аgrave; l'Hôtel Saint-Pol, vous trouverez quarante archers de la nouvelle garde de monsieur le Dauphin, vous les prendrez ; et avec tout cela, vous allez courir à Notre-Dame. - Ah ! messieurs les manants de Paris, vous vous jetez ainsi tout au travers de la couronne de France, de la sainteté de Notre-Dame et de la paix de cette république ! - Extermine, Tristan ! extermine ! et que pas un n'en réchappe que pour Montfaucon.

Перевод Коган:

- Сюда, Тристан! Здесь, в Бастилии, у нас пятьдесят рыцарей виконта Жифа, что вместе с их оруженосцами составляет триста конников, - возьмите их. Здесь находится также рота стрелков королевской охраны под командой господина де Шатопера - возьмите и их. Вы - старшина цеха кузнецов, в вашем распоряжении все люди вашего цеха - возьмите их. Во дворце Сен-Поль вы найдете сорок стрелков из новой гвардии дофина - возьмите их, и со всеми этими силами скорей к собору! А-а, парижская голь, ты, значит, идешь против короны Франции, против святыни Собора Богоматери, ты посягаешь на мир нашего государства! Истребляй их, Тристан! Уничтожай их! А кто останется жив, того на Монфокон.

Перевод Локса:

– Поди сюда, Тристан… Здесь, в Бастилии, у нас под рукой триста всадников виконта де Жифа – возьми их. Здесь также рота стрелков нашего конвоя под начальством Шатопера – возьми и их. Ты начальник кузнецов, у тебя есть члены твоего цеха – захвати и их. В отеле Сен-Поль застанешь сорок стрелков новой гвардии дофина – возьми их и со всеми этими силами скорей к собору. Ах, парижские бродяги, вы смеете посягать на французскую корону, на святость Богоматери, на мир нашего государства! Тристан, уничтожай их! А кто останется жив, того на Монфокон!

Тот самый упоротый перевод неустановленного авторства:

- Слушай, Тристан! Здесь, в Бастилии, расположены триста всадников виконта Жифского: ты возьмешь их с собою. Затем тут же стоит стрелковая рота капитана де-Шатопера, – ты и ее возьмешь. Затем ты, старшина цеха кузнецов, – собери своих кузнецов. Во дворце Сен-Поль ты найдешь сорок стрелков из стражи дофина возьми и их, и со всеми этими силами отправляйся живо к Собору Богоматери. А, господа обыватели, так-то вы осмеливаетесь посягать на права французской короны, на святыню собора и на общественное спокойствие! Истребляй их, Тристан, истребляй, и щади только тех, которых ты сочтешь достойными виселицы!

Вот эти самые кузнецы, кочующие из перевода в перевод. Я так и представила, как Тристан бегает по улицам, стучится в дома и будит ремесленников: вставайте, там Нотр-Дам грабят! Или, если снизить градус идиотизма, у короля имелся отряд целиком из кузнецов. А что, кузнецы - это сила. "Начальник кузнецов" Локса просто нечто, конечно. Я вообще слабо представляю, как Тристан руководил бы цехом ремесленников. И всё бы хорошо, кабы не одно но. Дело в том, что этот самый maréchal не только и не столько кузнец, но маршал. Соответственно, prévôt des maréchaux значит прево маршалов - была такая должность, и Тристан её занимал, кстати. Так что кузнецы тут никаким боком. Король сказал: "Вы прево маршалов, у вас есть люди в вашем превотстве, возьмите их". Косяк возник, надо полагать, из-за нескольких значений слова maréchal и переводчик подумал: "При чём тут маршалы?", хотя я бы на его месте подумала: "А при чём тут кузнецы?", или же незнания средневековых должностей.

Отдельно обратите внимание, как меняется количественный и качественный состав людей виконта Жифа.

@темы: ляпы, Тристан Отшельник, Нотр

11:06 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
"Ловушка для Катрин". Тристан посуровел. Это уже не гибрид Афрания с юным Фандориным, но и не привычный брутальный Тристан л'Эрмит.

Ее взгляд встретил другой, одновременно полный радости и удивления, взгляд человека в доспехах, который с каской в руке стоял в нескольких шагах от коннетабля, человека, чье имя она чуть было не выкрикнула.

«Тристан! Тристан д'Эрмит…»

Она не сразу его узнала. Он прибыл не с процессией, а немного позже, и она едва успела заметить высокую фигуру, медленно прогуливающуюся между рядами с видом наблюдателя.

Никогда до этого времени она не видела Тристана в полном вооружении. К тому же его светлые волосы, которые были достаточно длинными во время их последней встречи, теперь были подстрижены очень коротко, в форме небольшого круглого венчика, как того требовал рыцарский шлем.

Врезаясь в толпу, он направился к выходу со двора, делая знак Катрин следовать за собой.

Благодаря помощи лейтенанта Катрин пробилась к выходу, нашла Тристана в уголке, образованном одним из контрфорсов церкви, и не колеблясь бросилась к нему на шею.

– Вы именно тот, кого мне так надо было увидеть! Тристан! Мой дорогой Тристан! Какая радость вас видеть!

Он запечатлел на ее щеках два звучных поцелуя, потом, отодвинув от себя, подержал на расстоянии, чтобы лучше видеть.

– Это мне следовало так сказать! Хотя я и не должен был так удивиться. Я слишком давно вас знаю и мог предположить, что вы примчитесь из глубины вашей Оверни, как только узнаете новость. Не понимаю только, как это вам удалось так быстро добраться! Кто, черт возьми, мог вам сообщить!

Она посмотрела на него с беспокойством. Улыбка, осветившая тяжелые черты фламандца, немного оживляла его лицо, чья холодная невозмутимость уже вошла в пословицу, но не задевала глаз, которые были настолько бледно-голубого цвета, что казались ледяными. Они таили такую суровость, какую Катрин в них никогда еще не видела, по крайней мере в свой адрес.


Судя по тому, какими темпами Катрин отдаётся мужчинам, я не удивлюсь, если с Тристаном она тоже переспит по старой дружбе.

– Сеньор прево! – вскричал он. – Какая честь для меня видеть вас! Чем могу служить?

– Прево? – удивилась молодая женщина.

Впервые он ей улыбнулся, а его холодный взгляд чуть потеплел.

– Вы находите, что это звание уже несколько обесценено, не так ли? Успокойтесь, нас здесь только трое: мессир Филипп де Тернан, мэтр Мишель де Лаллье и я, прево маршалов, к вашим услугам!

– Вот почему военные приветствуют вас с такой почтительностью… и подобострастием?!

– Да, это так! Меня боятся, так как я без всякой жалости применяю закон и слежу за дисциплиной, без которой невозможна никакая армия, а коннетабль настаивает, чтобы его армия была образцом в своем роде.


– Клянусь святым Кентеном, святым Омером и всеми святыми Фландрии! Вы не меняетесь, Катрин! Ваше воображение всегда будет нестись вскачь впереди вашего милого носика с таким же жаром, с каким в прежние времена вы, с черными косами цыганки, бросились на приступ толстого Ла Тремуя и привели его к гибели. Вы несетесь вперед! Вперед! Но, клянусь Пасхой, я никогда не давал вам основания сомневаться в моей дружбе.

Порадовало "Клянусь Пасхой!", поскольку это любимая присказка Людовика Одиннадцатого в СПБ.

– Он не прав, – буркнул Тристан, – хотя я и понимаю его. Со своей стороны, я вас еще больше полюбил.
Хм...

Катрин резко повернулась. Она так побледнела, что Тристану показалось, будто он видит страшный призрак. Тристан бросился к ней, боясь, что она упадет на каменные плиты.

– Голову Арно! – кричала она. – Голову одного из Монсальви за то, что он покарал мясника-убийцу?

Она кричала и билась в руках человека, который пытался ее удержать.

Беранже сорвался с места. В ужасе он старался помочь Тристану успокоить молодую женщину, не зная толком, что следует делать в подобных случаях.

Мэтр Ренодо, привлеченный шумом, прибежал в смятении, вооруженный ложкой, с которой капал соус. Но он с первого взгляда разобрался в ситуации.

– Воды, мессир прево! – посоветовал он. – Ей нужно вылить большой кувшин свежей воды на голову! Нет лучшего средства!

Тогда Беранже схватил пустой кувшин, наполнил его из стоявшей в углу бочки и облил свою госпожу, мысленно умоляя ее простить эту непочтительность.

Крики и рыдания тут же прекратились. Остолбенев, Катрин смотрела на мужчин, открыла рот, чтобы что-то сказать, но, не в силах выговорить ни слова, закрыла глаза и опустилась на плечо Тристана, совершенно обессиленная.

Он тут же поднял ее на руки.

– Ее комната готова? – спросил он.

Ренодо заторопился:

– Конечно! Сюда… Я покажу вам дорогу…

Несколько минут спустя Катрин уже лежала на мягком стеганом одеяле в удобной кровати.


Ну же, ну...

– Это длинная фламандская жердь, которая служит сторожевым псом коннетаблю, – бросил сир де Ладинас с презрением, которое не понравилось Катрин.

– Мессир Эрмит – наш давний друг, – сухо отрезала она. – Ваше присутствие здесь тому доказательство. И я хочу вам посоветовать, мессир Альбан, отзываться с уважением о человеке, который совмещает функции командующего артиллерией и прево маршалов.


Он вроде приземистый был, или я что-то путаю? "Однако за время пути собачка могла подрасти".

Внезапно она упала на грудь Тристана, обвила руки вокруг его шеи и, приподнявшись на цыпочки, прижалась к нему.

– Такая любовь – рабство, друг Тристан, и даже хуже этого. Бывают моменты, когда я так хочу, ужасно хочу все это разбить, освободиться. Вы не хотите мне помочь?

Бесстрастный фламандец задрожал. Он был уверен, что найдет угнетенную, подавленную женщину, опустошенную и сломленную, но только не такую Катрин, полупьяную от вина и гнева, в безумном отчаянии перемешивающую свою злобу, гнев и жажду любви.


Бинго!!!

Взволнованный ароматом женственности и взбешенный от того, что его собственное тело волнуется больше, чем допускал разум, от прикосновения этого слишком нежного тела, он попытался отстраниться от нее, но она с новой силой обвила его плечи.

Страдая, он прошептал хриплым голосом:

– Катрин, вы бредите! Время уходит!

– Ну и пусть! Я не хочу ничего знать, я не хочу больше бороться… я не хочу командовать, вести войну. Я хочу быть женщиной… только женщиной… и я хочу, чтобы меня любили.

– Катрин, опомнитесь! Отпустите меня…

– Нет! Я знаю, что вы меня любите… уже давно, и я устала быть одна! Мне нужно, чтобы мной занимались, чтобы жили для меня, со мной. На что мне мужчина, который мечтает только о том, чтобы убивать или дать убить себя во имя славы!

– На что он вам? Пока что вы должны попытаться спасти его от худшего, сохранить отца детям и единственного господина для самой себя. Что же касается меня, Катрин, вы ошибаетесь, пытаясь меня искушать. Я вас люблю, это правда, но я сделан из того же теста, что и Монсальви, я такой же, как и он! Даже, может быть, хуже, потому что я мечтаю о власти! Придите в себя и вернитесь на землю! Что бы он подумал о вас, если бы видел в эту минуту?

Она запрокинула голову, посмотрела на него, ее глаза были затуманены, а приоткрытый влажный рот обнажал маленькие блестящие зубы.

– Я не знатная дама, – пробормотала она, ласкаясь к нему, как кошка, – я девушка с Моста Менял… Самая простая девушка, как и ты простой человек, Тристан! Мы не рождены на вершинах! Тогда почему бы нам не любить друг друга? Может быть, ты поможешь мне забыть моего безжалостного сеньора…

С частым дыханием и бьющимся, как большой церковный колокол, сердцем Тристан чувствовал, что еще мгновение, и он дойдет до того момента, когда уже невозможно будет вернуться назад.

Она заставила его играть гротескную роль Иосифа, надменного и полного предрассудков перед лицом очаровательной жены Потифара, которая, однако, даже не осознавала своей наивной испорченности.

Еще несколько секунд, и он сорвет это платье, которое открывало его взгляду так многое, бросит Катрин на кровать, чтобы найти секрет ее женственности и забыть все, пользуясь минутным душевным расстройством, о котором она будет жалеть. Но танталовы муки все же подошли к концу, и Тристан почувствовал, что восхитительно идет на дно…

Скромное царапание в двери спасло как раз вовремя. Его лоб был покрыт потом, волосы слиплись, и он дрожал как в лихорадке.

Отчаянным усилием он освободился наконец от ее рук.


Эх, а ведь почти получилось.

@темы: Тристан Отшельник

21:05 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Листаю серию книг о Катрин Жюльетты Бенцони. Ценна тем, что там можно увидеть молодого Тристана в качестве оруженосца коннетабля:

Это был тридцатилетний фламандец, блондин с голубыми глазами, холодным взглядом и малоподвижным лицом. Катрин не приходилось видеть подобного выражения лица; даже не лица, а неподвижной маски. Тяжелое, заурядное лицо, на котором полная непроницаемость соседствовала с некой величественностью.

Тридцать лет и всё ещё оруженосец? Либо Тристан неблагородного происхождения, либо что-то тут не так. Автору виднее. Голубоглазый блондин. Причём дальше и в серии о Фьоре та же Бенцони пишет, что глаза у него серые. Я почему-то тоже склоняюсь к серым.

Листаю дальше. Нет, я не могу это серьёзно воспринимать. Какая-то "Анжелика" XV века. Все в эту Катрин влюбляются, её пытают, насилуют (в том числе юный Томас Торквемада - а, так вот та женщина, из-за которой Великий инквизитор ушёл в монастырь!), заточают во всякие подземелья-замки-гаремы, она бегает по всему свету за своим мужем, спит с каждым приглянувшимся (но любит только мужа, ога) и умудряется не растерять неземную красоту. При этом муж у неё не то чтобы двинутый на головушку, но жесток, всячески её унижает, изменяет ей, выгоняет из дома, сам вечно шляется в свободном полёте и находит себе приключений, заставляя Катрин расхлёбывать последствия. И она вечно его спасает и любит несмотря ни на что, хотя всю сагу в неё влюбляются вполне благородные вменяемые мужчины, готовые сдувать с неё пылинки.

Тристан заООСен в край. На него цыганка орёт - ему пофиг. Хм. Я склоняюсь бросить это читать.

Тристан открыл было рот, чтобы возразить, но передумал, посмотрев на величественную фигуру Сары, улыбнулся своей загадочной улыбкой, не обнажавшей зубов.
Какая прелесть. А Гюго придерживался другого мнения об улыбке Тристана.

Потом вздохнул и сказал:

– В принципе это неплохая идея.
Да, прямо так и сказал.

В целом Тристан здесь нечто среднее между Афранием и молодым Фандориным и никак у меня не укладывается в голове, что да, это тот самый Тристан Отшельник, который наводил на людей ужас одним своим именем.

@темы: Тристан Отшельник

15:35 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Уиии, что я нашла!



Я не знаю имени художника и это не прижизненный портрет, но изображён на картине именно он - Тристан л'Эрмит (он же Отшельник, он же Пустынник). Чёт не похож "одновременно на пса и тигра". И вообще, я даже в замешательстве, поскольку совсем иначе его представляла и непременно с длинными волосами. И глаза у него не серые, а карие, впрочем, документальных свидетельств нет, а нарисовать всё что угодно можно. А ещё и шаперон, м-м-м... На иллюстрации в моей книге он, кстати, тоже в шапероне:



Нет, правда, по портрету не производит он впечатления злобного человека, способного буквально на всё.

@темы: Тристан Отшельник

09:28 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Я просто оставлю это здесь. Для Тристана пора отдельный тег заводить. Вальтер Скотт, "Квентин Дорвард":

Меченый вышел из спальни, и минуту спустя к королю вошел Тристан Отшельник.

— Здорово, куманек! — приветствовал его король. — Что ты думаешь о нашем положении?

— Положение приговоренных к смерти, если только герцог не пришлет нам помилования, — ответил прево.

— Пришлет или нет, но тот, кто заманил нас в эту западню, отправится на тот свет нашим курьером, чтобы приготовить для нас квартиру! — сказал король с ужасной, свирепой улыбкой. — Тристан, ты совершил не один подвиг во имя правосудия. Finis… следовало бы сказать: funis coronat opus. Ты должен мне послужить до конца.

— И послужу, государь, — ответил Тристан. — Я хоть и простой человек, но никогда не был неблагодарным. Я исполню свой долг в этих стенах, как и во всяком другом месте. И, пока я жив, каждое слово вашего величества будет для меня законом и каждый ваш приговор будет так же точно исполнен, как если бы вы сидели на своем троне. А там пусть расправляются со мной как хотят, мне все равно!

— Этого именно я и ожидал от тебя, куманечек, — сказал Людовик. — Но есть ли у тебя хорошие помощники? Изменник силен и ловок и, наверно, будет во все горло звать на помощь. Шотландец взялся охранять дверь — и только; хорошо еще, что он на это согласился, да и то мне долго пришлось его ублажать… Оливье ни к черту не годен, кроме лганья да лести; правда, он к тому же большой мастер давать опасные советы… Нет, скорей он сам попадет когда-нибудь в петлю, а уж накинуть ее на другого — для этого он совсем не годится. Подумай-ка: есть ли у тебя люди и средства, чтоб покончить дело живо и верно?

— Со мной Труазешель и Птит-Андре, — ответил Тристан, — люди настолько искусные в своем ремесле, что из трех человек повесят одного так, что двое других и не заметят. Все мы решили жить или умереть вместе с вашим величеством, ибо мы знаем, что, когда вас не станет, с нами расправятся не лучше, чем мы расправлялись с нашими подопечными… Но, с позволения вашего величества, с кем нам придется иметь дело? Я люблю знать об этом точно, так как ваше величество не раз изволили мне выговаривать за ошибки, когда вместо настоящего преступника мне случалось вздернуть какого-нибудь ни в чем не повинного человека.

— Правда, Тристан, — сказал Людовик. — Так знай же: осужденный — Мартиус Галеотти!.. Ты удивлен, но тем не менее это так. Негодяй лживыми предсказаниями заманил всех нас в эту ловушку и выдал герцогу Бургундскому!

— Ну, это не пройдет ему даром! — воскликнул Тристан. — И если б даже это было последним делом в моей жизни, я вопьюсь в него, как оса, а потом пусть меня хоть раздавят!

— Я знаю твою верность, — сказал король, — знаю, что ты как честный человек находишь удовольствие в исполнении своих обязанностей: добродетель, говорят мудрецы, сама в себе несет награду. Ступай же и приготовь жрецов: жертва приближается.

— Прикажете исполнить приговор в вашем присутствии, государь? — осведомился Тристан.

Людовик отказался от этого предложения, но велел прево все приготовить заранее, чтобы привести приговор в исполнение, как только астролог выйдет из его комнаты.

— Я непременно хочу, — добавил король, — еще раз встретиться с этим мерзавцем, чтобы поглядеть, как он будет себя вести в присутствии своего господина, которого он предал. Я с наслаждением буду смотреть, как сознание неминуемой смерти сотрет краску с его румяных щек, как потускнеют глаза, которые смеялись, когда лгали мне… Ах, почему здесь нет и другого, того, кто поддерживал его предсказания своими советами! Но, если я останусь жив, берегите ваш пурпур, господин кардинал! Сам Рим не спасет вас — да не прогневлю я своими словами святого Петра и пречистую деву Клерийскую!.. Что же ты медлишь? Ступай предупреди своих молодцов. Негодяй каждую минуту может явиться. Об одном молю небо — чтоб он чего-нибудь не заподозрил и не отказался прийти. Это была бы жестокая неудача! Ступай же, Тристан! Кажется, прежде ты никогда не медлил, исполняя мои приказания.

— Напротив, как ваше величество сами часто замечали, я всегда был слишком скор, что подчас вело к ошибкам: мне случалось принимать одно лицо за другое. Я даже попросил бы ваше величество, когда вы будете прощаться с Галеотти, подать мне какой-нибудь знак — приступать ли мне к делу. Я помню случаи, когда ваше величество изволили менять ваши решения и потом обвиняли меня в торопливости.

— Что за подозрительное существо! — воскликнул король. — Говорят тебе, на этот раз я не изменю решения! Ну уж ладно… Чтобы покончить с этим, запомни хорошенько: если я, прощаясь, скажу этому плуту: «Над нами есть бог!» — тогда делай свое дело; если же я скажу:

«Иди с миром!» — значит, я изменил свое решение. Понял?

— У меня тупая голова, государь, во всем, что не касается моего ремесла, — сказал Тристан Отшельник. — Позвольте мне повторить. Если вы скажете: «Иди с миром!» — значит, я должен делать свое дело?

— Нет, дурень, нет! — воскликнул король. — Тогда дай ему свободно уйти. А если я скажу: «Над нами есть бог!», вздерни его ярда на два поближе к звездам, с которыми он так любит беседовать.

— Не знаю только, найдутся ли у нас необходимые средства, — заметил прево.

— Так придуши его, вот и все! — сказал король с мрачной улыбкой.

— А труп… куда нам девать труп? — спросил прево.

— Постой, дай подумать… Окна в зале слишком узки… Но вот это будет достаточно широко. Сбросим его в Сомму, а на грудь ему прицепим бумажку с надписью: «Пропустить беспошлинно: правосудие короля». А там пусть солдаты герцога вылавливают его как контрабанду, коли им охота!

@темы: Тристан Отшельник

22:51 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Нашла ещё пару фильмов, где второстепенным персонажем мелькает Тристан. Начала с "Будь я королём", ибо там Людовика играет Бэзил Рэтбоун. Фиг и с ней, с альтернативной историей, хотя Людовик в кабаке - это мощно, ладно хоть Тристана догадался с собой взять. Перевод сражает наповал. Все эти леди, сэры и джентльмены. Но больше всего доставили Оливер и КрИстан.

А вот и сам КрИстан:





На первом скрине он ещё ничё так, но это просто ракурс удачный. Внешне ни разу не настоящий Тристан, да и голос такой шипящий, не мужественный. Не везёт Великому прево с киновоплощениями.

@темы: Тристан Отшельник

09:15 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Жаловалась я на косяки в переводе СПБ от Локса, а вот перл от Коган, или аЦЦкая улыбка Тристана Отшельника:

– Эге! – воскликнул он со смехом, обнажившим до корней его зубы, что придало его лицу сходство с волчьей мордой.

Можете себе представить такую улыбочку? Вот, а кто-то явно не в курсе, как устроены зубы и где у них корни. У Локса всё вполне прилично:

– Ага! – воскликнул он, захохотав и оскалив зубы, что придало его лицу сходство с волчьей мордой.

Для сравнения оригинал:

- Hé! hé! s'écria-t-il avec un rire qui déchaussait toutes ses dents et faisait ressembler sa figure au museau d'un loup, deux souris dans la souricière!

Как бы речь о том, что Тристан осклабился, обнажив зубы до дёсен. Но уж не до корней же. Где Гюго не косячнёт, там переводчики постараются.
Улыбка, конечно, в любом случае должна была получиться жуткая, учитывая ситуацию.

@темы: ляпы, Тристан Отшельник, Нотр

11:26 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Жан Фавье, "Столетняя война". Внезапно обнаружилось упоминание о Тристане Отшельнике.

Когда армия то есть, то ее нет, — это расточительство сил еще и с тактической точки зрения. Какие-то крепости то брали, то теряли через несколько месяцев. Война затягивалась до бесконечности как на уровне королевства, так и на уровне деревни, потому что ни один результат не был окончательным. Становилось очевидным: победит тот из противников, кто первым сумеет консолидировать свои позиции двенадцать месяцев из двенадцати.
Финансы Карла VII дали ему такую возможность — он опередил противника. Но ордонанс, обнародованный в феврале или марте 1445 г., на первый взгляд не вводил коренных реформ. Он просто объявлял о постоянном содержании на жалованье (retenue) определенного количества рот (или компаний, compagnies), которые образуют армию, «предписанную» (ordonnee) королем. Пятнадцать рот, тысяча пятьсот «копий» (lances), а вскоре восемнадцать рот и тысяча восемьсот «копий» — вот личный состав «большого ордонанса» (или grande retenue), благодаря которому в 1450-е годы будет отвоевано королевство Валуа.
Сохранить пятнадцать рот значило выбрать из капитанов, более или менее постоянно служивших королю до перемирия, пятнадцать счастливчиков, притом что недовольных будет гораздо больше. Для простых воинов служба королю становилась привилегией, что оправдывало повышенные требования к ее качеству.
Кто стал избранниками? Естественно, оба маршала — Андре де Лозак и Филипп де Кюлан, как и старые приверженцы короля, бывшие соратники Жанны д'Арк и вожди последних походов — Потон де Сентрай, Оливье де Коэтиви, Шарль де Кюлан. Некоторых из этих «ордонансных» капитанов ждала блестящая карьера: человек дофина Людовика Жоашен Руо в конечном счете станет маршалом. О других заговорят позже — например, о прево Тристане Отшельнике.


А ведь не зря Тристан, осаждая келью вретишницы, поминает осаду Понтуаза? Сдаётся мне, он в ней участвовал.

@темы: Тристан Отшельник

20:11 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Тащем-та, "Тристан из рода л'Эрмитов" начинался как отдыхалочка от "Мечты..." которая меня умотала. Да какая уж там отдыхалочка, если вложений требует не меньше, а то и побольше. Если с Жеанчиком всё ясно и можно подёргать за его потайные струны и злодей он не такой уж и глобальный, то с Тристаном не всё так просто. Ох, нелёгкая это работа - очеловечивать Тристана Отшельника! Надо подняться над "он тупой бесчувственный монстр" и не скатиться в "его в детстве обижали/ сюзерен издевался/ англичане контузили, потому он такой злой" - потому что показывать абсолютным злом его не надо, но и вызывать к нему сочувствие тоже не надо.

@темы: Тристан Отшельник

19:31 

Передайте от меня привет Бродвею, когда попадёте на него.
Жюльетта Бенцони "Фьора и король Франции":

Это был довольно пожилой человек с суровым лицом, с усами и короткой седой бородой. Казалось, что годы не ослабили силу его худой фигуры: она с легкостью несла тяжелые доспехи.
Правда, вместо каски на голове у него была черная шляпа, на которой блестела серебряная бляха. Из-за своего слишком большого роста он сидел на лошади, немного ссутулившись, но управлял ею с большой ловкостью. Состоя на службе у Людовика XI с юношеских лет, когда тот был еще только наследником престола, Тристан Лермит был в глазах подданных короля воплощением строгого правосудия, зачастую творимого им прямо на месте, но всегда строго в соответствии с законом, и вызывавшего у проходимцев всех мастей панический страх. Преданный королю, как собака-ищейка своему хозяину, этот молчаливый мрачный человек не знал усталости и не испытывал никакой жалости, и каждый преступник знал, что он будет преследовать его и заставит искупить свою вину. Он смотрел на людей серыми, глубоко посаженными глазами, сверкающими из-под густых бровей, твердым, словно гранит, взглядом.
Стражники слушались Тристана Лермита беспрекословно, и через минуту полдюжины разбойников, которых он, кстати, узнал и назвал каждого по имени, болтались на ветках старого дуба. Бесстрастный поборник справедливости даже глазом не моргнул, слушая их крики и мольбы о пощаде.
Подобие улыбки осветило на мгновение суровое лицо Тристана Лермита.
— Я лишь выполняю обязанности, возложенные на меня, молодой человек, но признаюсь, что я чувствителен к дружеским отношениям. Когда-то, очень давно, я преданно служил, как и вы, одной даме… очень красивой!
— Вы, мессир? Даме? — воскликнул искренне удивленный Мортимер.
— А что вас это удивляет? Рьяный поборник справедливости, глава тюремщиков, людей из полиции, палачей и вдруг? Тем не менее это так. Ее звали Катрин де… но неважно! Она любила не меня.


Тристан? Тристан?! :susp:

Этот человек, по-моему, никогда не спит!
Великий прево — строгий поборник справедливости, и ему надо иметь хоть малейшее доказательство. Он хотел застать разбойников на месте преступления. Добавлю, что, пытая разбойников, он надеялся получить их показания» добраться до Оливье ле Дема, которого презирает. Лермит хочет иметь возможность открыто обвинить его в преступлении перед королем, но я не знаю, удастся ли это ему когда-нибудь.


Не удастся, не удастся.

@темы: Тристан Отшельник

Записная книжка

главная